На Главную страницу

М. Байджент,  Р. Лей,  Г. Линкольн • СВЯЩЕННАЯ ЗАГАДКА


10.ИЗГНАННОЕ ПЛЕМЯ

Теперь мы были убеждены, что главное в нашем расследовании заключалось в крови Меровингов, в тайне, неотделимой от этого рода. Эта кровь, чье происхождение не имеет себе равных, была отмечена знаком, который не существовал больше нигде и который нам надо было открыть как можно быстрее. Только тогда, не раньше, наша загадка будет в целом решена.

Мы перечитали самые важные из «документов Общины», а особенно тщательно – «Секретные досье», и это помогло нам прежде всего проверить некоторые детали, затем объяснить другие и сориентироваться в направлении наших дальнейших поисков. Но увы, нигде больше не появлялось ни малейшего указания, способного прояснить таинственную специфичность меровингского рода. Мы подошли к перекрестку, к критической точке нашего расследования; смысл некоторых из этих документов еще полностью от нас ускользал, и нам снова приходилось возвращаться назад, но уже по проложенным тропинкам, чтобы постараться разглядеть то, что мы могли упустить.

Как мы уже видели, Меровинги считали, что происходят из древней Трои; но согласно «документам Общины», их происхождение надо искать еще раньше, а именно: в эпоху Ветхого Завета.

Большое число записей, сопровождающих «Секретные досье», в самом деле, намекали на одно из двенадцати племен Израиля, на племя Вениамина, а в одной из записей прямо цитируются три отрывка из Библии: Второзаконие XXXIII, Книга Иисуса XVIII и Книга Судей XX и XXI.

В первом тексте Моисей, благословив каждого из патриархов двенадцати племен, говорит о Вениамине такими словами: «Возлюбленный Господом обитает у него безопасно, Бог покровительствует ему всякий день, и он покоится между раменами Его» (XXXIII, 12). Что же означали эти слова? Не хотел ли Моисей сказать, что Вениамин и его потомки были избраны Богом и отмечены особым знаком? И этот знак «между раменами* его» не вызывает ли в памяти легендарное родимое пятно Меровингов – красный крест, расположенный на том же самом месте?

Быть может, пристрастие к параллелям толкает нас слишком далеко, но это не единственная связь между патриархами Ветхого Завета и нашими поисками. Как сообщает Роберт Грейвс, действительно, 23 декабря был священным днем для племени Вениамина; а мы помним, что 23 декабря было выбрано для праздника св. Дагоберта.1 Но продолжим. Среди трех кланов, образующих племя Вениамина, был клан Ахирама – могущего быть отождествленным с Хирамом, строителем Храма Соломонова – и центральной фигуры масонской традиции. Верный ученик Хирама – вспомним это – звался Бенони, а Бенони было именем, которым Вениамина-ребенка назвала его мать Рахиль перед смертью.

Вторая ссылка «Секретных досье» на Библию – это отрывок из Книги Иисуса, и он еще более значителен. Это рассказ о прибытии народа Моисеева в Землю Обетованную и распределение ее по различным племенам. Территория, доставшаяся Вениамину, включала будущий святой город Иерусалим; так, в стихе 28, в конце его, перечислены земли, которые ему были отданы: «... Цела, Елеф и Иевус, иначе Иерусалим, Гивеаф и Кириаф: четырнадцать городов с их селами. Вот удел сынов Вениаминовых, по племенам их». Так, прежде чем стать столицей Давида и Соломона, Иерусалим по полному праву принадлежал Вениамину и его потомкам.

Теперь посмотрим на третий отрывок из Библии, из глав XX и XXI книги Судей Израилевых, которая относится к сложной последовательности событий: на левита, пересекавшего территорию Вениамина, было совершено нападение, а его сожительницу изнасиловали почитатели Велиала, варианта шумерской богини-матери, вавилонской Иштар и финикийской Астарты. Левит тотчас же собирает правителей Израиля и требует мести: злоумышленники из племени Вениамина должны быть преданы суду. Но Вениамин отказывает, предпочитая защитить «сынов Велиала», и затем следует кровавая битва между виновным племенем и одиннадцатью другими коленами Израиля; последние даже клянутся никогда не давать своих дочерей в жены членам враждебного племени; затем бой кончается, большая часть племени Вениамина истреблена, и победоносный Израиль (слишком поздно) раскаивается в своем решении:

      «Поклялись Израильтяне в Массифе, говоря: никто из нас не отдаст дочери своей сынам Вениамина в замужество. И пришел народ в дом Божий, и сидели там до вечера пред Богом, и подняли громкий вопль, и сильно плакали, и сказали: Господи, Боже Израилев! для чего случилось это в Израиле, что не стало теперь у Израиля одного колена?» (XXI, 1-3).

И снова, чуть дальше:

      «И сжалились сыны Израилевы над Вениамином, братом своим, и сказали: ныне отсечено одно колено от Израиля. Как поступить нам с оставшимися из них касательно жен, когда мы поклялись Господом не давать им жен из дочерей наших?» (XXI, 6-7).

В стихе 15 еще раз встает та же дилемма:

      «Народ же сожалел о Вениамине, что Господь не сохранил целости колен Израилевых. И сказали старейшины общества: что нам делать с оставшимися касательно жен, ибо истреблены женщины у Вениамина? И сказали: наследственная земля пусть останется уцелевшим сынам Вениамина, чтобы не исчезло колено от Израиля; но мы не можем дать им жен из дочерей наших. Ибо сыны Израилевы поклялись, говоря: проклят, кто даст жену Вениамину!» (XXI, 15-18).

Исчезло ли колено Вениамина? Нет, ибо старейшины нашли выход. Уцелевшие идут на праздник Господень в Силоам. Они прячутся в винограднике и, когда девушки Силоама выходят танцевать, нападают на них, похищают их и женятся.

Почему же «Секретные досье» привлекают внимание к этому отрывку? Не потому ли, что колено Вениамина – одно из главных, и что оно быстро оправляется от удара, вновь обретя свой численный состав и свои престиж, и что именно они (первая книга Самуила) дадут Израилю его первого царя, Саула?

Однако битва в защиту верных Велиалу отметила поворот в судьбе сынов Вениамина, и многие из них, если не все, должны были отправиться в изгнание. Впрочем, по этому поводу в «Секретных досье» имеется заметка, написанная заглавными буквами. Вот она:

«ОДНАЖДЫ ПОТОМКИ ВЕНИАМИНА ПОКИНУЛИ СВОЮ СТРАНУ, НЕКОТОРЫЕ ОСТАЛИСЬ; СПУСТЯ ДВА ТЫСЯЧЕЛЕТИЯ ГОДФРУА IV СТАНОВИТСЯ КОРОЛЕМ ИЕРУСАЛИМА И ОСНОВЫВАЕТ ОРДЕН СИОНА»2

Следовало ли заключить из этого, что между этими рассеянными во времени элементами – Вениамином, Годфруа, Сионом – действительно существовала некая связь?

Да, это так, и мы констатируем это, собрав воедино некоторые разрозненные фрагменты «Секретных досье», призванные стать очень связным целым.

Итак, сыны Вениамина отправились в изгнание, которое, как считается, привело их в Грецию, в центр Пелопоннеса, в Аркадию, где они породнились с королевской семьей. Продолжение известно: в начале христианской эры они эмигрировали на Дунай и Рейн, слились с тевтонскими племенами и породили франков-сикамбров, прямых предков Меровингов.

По «документам Общины» и с учетом аркадийского эпизода, Меровинги, следовательно, были прямыми выходцами из колена Вениаминова. Иными словами, их потомки, Плантары или герцоги Лотарингские, имели семитское происхождение; а так как Иерусалим был отдан Вениамину, то Годфруа Бульонский, отправляясь в Святую Землю, требовал всего-навсего свое законное наследство. Вспомним – что самое главное, и мы это уже отмечали, – что из всех европейских принцев, собравшихся в первый крестовый поход, Годфруа был единственным, кто отказался от всего своего состояния, словно у него было намерение не возвращаться больше во Францию.

Ничто, однако, ясно не подтверждало происхождения меровингского рода «от Вениамина», ведь «документы Общины» ссылались на слишком далекое и слишком темное время, чтобы они служили в этом смысле формальным доказательством. Тем не менее, эта гипотеза не имела ничего нового или оригинального. Не существовала ли она уже в очень многословной форме в творчестве Марселя Пруста и в более недавнем творчестве писателя Жана д'Ормессона, где прослеживалась мысль о том, что некоторые знатные французские семьи имеют еврейское происхождение? Вспомним и позицию Роже Пейрефитта, который в 1965 г. вызвал скандал среди своих современников и заставил много говорить о себе, ибо он поддерживал ту же теорию, но не только по отношению к большей части европейской аристократии, но и применительно ко всем французам вообще.

Несомненно, что гипотеза эта ненадежная, но правдоподобная, как правдоподобна и миграция, приписываемая племени Вениамина в «документах Общины». Они взяли в руки оружие, чтобы защищать верных Велиалу, этому подобию богини-матери, которой часто придавали вид теленка или быка, которую они почитали, и, быть может, культ золотого тельца, упоминаемый в Исходе, и одна из самых знаменитых картин Пуссена отражает смутное воспоминание о специфическом ритуале, присущем только сынам Вениамина.

Продолжая сражаться с одиннадцатью другими коленами Израиля, сыны Вениамина выбрали путь изгнания на запад и к финикийскому берегу, где у моряков были большие и прочные корабли. Почитавшие тот же культ богини-матери, «Царицы Небес», называемой в их стране Астартой, эти последние не могли отказать в помощи беглецам.

Вот так колено Вениаминово покинуло Палестину и убежало в Грецию, и можно было надеяться отыскать его следы где-нибудь еще. Они действительно имеются в греческой мифологии, если верить легенде о сыне короля Белоса, Данае, привезшему в Элладу пятьдесят своих дочерей, которые ввели в Аркадии культ богини-матери. Как считает Роберт Грейвс, миф о Данае описывает прибытие на Пелопонес «племени из Палестины»,3 и историк ведет к тому, что король Белос был на самом деле Ваалом, или Белом, или, может быть, Велиалом из Ветхого Завета – интересное уточнение, ибо известно, что один из кланов племени Вениамина звался кланом Белы.

Так культ богини-матери распространился по всей Аркадии, а затем и по всей Греции, чтобы позже слиться с культом Деметры, потом – Дианы и Артемиды. Под именем Ардуины Артемида становится богиней Арденн, а ведь именно из Арденн франки-сикамбры войдут в Галлию. Тотемом Артемиды был медведь – Каллисто, мать Аркаса – медвежонка, покровителя Аркадии; и Каллисто, перенесенная на небеса Артемидой, стала созвездием Большой Медведицы. Именно поэтому слово «Урсус», часто применяемое к Меровингам, не может считаться простым совпадением.

Заметим также, что и в другом месте греческой мифологии имеются намеки на изгнание евреев из Палестины в Аркадию. В античной древности, например, этот район находится под надзором всемогущего государства Спарты, которая попросту аннексировала большую часть местной культуры, и легендарного аркадийца Лицеоса можно отождествить с Ликургом, систематизатором спартанских законов. Достигнув зрелого возраста, спартанцы, как позже и Меровинги, придавали своим длинным волосам магическое значение, указывающее не только на физическую силу, но и принимающее значение священного символа.4 Наконец, две книги Маккавея устанавливают прямую связь между евреями и спартанцами. Сначала во второй главе говорится о евреях, «отправившихся в Лакедемонию в надежде найти там убежище, учитывая то, что у них с местным населением общее происхождение»,5 затем в предыдущей главе говорится: «Из рассказа о спартанцах и евреях стало ясно, что они братья и происходят из рода Авраамова».6

Таким образом, хоть и не имеется действительно бесспорных доказательств, возможность еврейской миграции в Аркадию ни в коем случае не может быть совершенно исключена. Тем более, что есть и другой аргумент в ее пользу: семитское влияние на франкскую культуру, что не нужно доказывать, так как этим уже широко занимается археология.

Семитские и финикийские торговые пути пересекали юг Франции, от Бордо до Марселя и Нарбонна, и поднимались вверх по Роне. Начиная с VII в. до н. э. вдоль французского Средиземноморья имелись финикийские торговые конторы, а в Тулузе и Каркассоне при раскопках обнаружились многочисленные предметы, доказывающие семитское влияние. Не стоит сверх меры удивляться этому, ведь финикийские цари Тира в IX в. до н. э. вступили в союз с царями Израиля и Иудеи, и результатом были тесные и вполне естественные контакты между народами.

Наконец, в 70 г. н. э. разграбление Иерусалима и разрушение Храма повлекло за собой массовый исход евреев из Святой Земли. Не будем забывать, что, например, в Помпеях, погребенных навечно под лавой Везувия в 79 г., имелась весьма значительная еврейская община, и что в то же самое время южные города Галлии, такие, как Арль, Люнель, Нарбонн, служили убежищем детям Израиля, изгнанным с родной земли. Иммиграция еврейского народа в Европу, а особенно в Галлию, конечно, началась задолго до падения Иерусалима. Между 106 и 48 г.г. до н. э. Рим действительно имел свою еврейскую колонию, как позже Кельн на берегах Рейна. Некоторые римские легионы имели рабов-евреев, которые вместе со своими хозяевами проходили через всю Европу, и большая их часть наконец обретала свободу и группировалась в общины.

Бесполезно искать иные причины, по которым во Франции часто названия городов и деревень имеют бесспорно еврейское происхождение, и это случается чаще всего в самом центре древнего меровингского королевства. Например, в нескольких километрах от Стенэ на опушке Веврского леса, где был убит Дагоберт II, находится деревня Баалон, а между Стенэ и Орвалем – город Авиот. Что касается горы Сион в Лотарингии – «вдохновенного холма», – то она вначале называлась Семита.7 Дойдя в нашем расследовании до этого места, мы уже не могли отрицать того, что этот набор маленьких деталей, даже самых минимальных, в конце концов подтверждал правоту «документов Общины» и делал их еще более правдоподобными. Во всяком случае, мы должны были признать, что, по всей вероятности, Меровинги и их знатные потомки имели семитское происхождение.

Но что же дальше?.. Это открытие, не будучи в конечном счете ни для кого секретным, было ли оно главным? Неужели мы прошли столькими путями и столько раз сворачивали на новые дороги, чтобы прийти единственно к подобному выводу? Неужели этой истории об изгнанном племени было достаточно, чтобы оправдать непрерывность меровингской династии, Сионскую Общину, Ньютона и Винчи, деятельность герцогских домов де Гизов и Лотарингских, Общество Святой Евхаристии, тайны, касающиеся «Шотландского ритуала» и все то, что мы так терпеливо открывали и анализировали в первой части настоящей работы? Одним словом, неужели факт происхождения от колена Вениаминова действительно представляет такой интерес для нашего века?

Кроме того, если наше расследование касалось таким образом еврейской действительности, то почему в ней оказывались вкрапленными столько специфических христианских элементов? С какой стати был подписан пакт между Хлодвигом и римской Церковью, или зачем надо было завоевывать Иерусалим? Какую в точности роль сыграли здесь многочисленные церковники и прелаты, впутанные в эту загадку? Что скрывала двусмысленность катарской религии и рыцарей Храма, Общества Святой Евхаристии или «герметического, аристократического и христианского» франкмасонства?

Наконец, последнее замечание: наше исследование разворачивалось под знаком христианства, а не Ветхого Завета. Еврейское происхождение меровингского рода, таким образом, мало отражалось на нем, и эта история с племенем Вениамина имела на него очень ограниченное воздействие, последствий которого было не более, чем какого-нибудь другого отклонения от темы.

Но, тем не менее, мы были глубоко убеждены, что эта история скрывала в себе нечто гораздо более значительное. Увлекаемые вполне естественным любопытством, мы удалились от правильного пути. Но в какой момент? Где-то какая-то деталь ускользнула от нас, но какая именно?..


*

Рамена – плечи (церковнославянское)